Андрей Антипов: Изыскатели должны оставить внутренние разногласия и активнее продвигать свои услуги на рынке

Несмотря на то, что в силу объективных причин роль инженерных изысканий в мире постоянно возрастает, в нашей стране в этой сфере так и не произошло ни технологического, ни экономического прорыва. Изыскательское профессиональное сообщество инертно, разобщено, до сих пор не научилось работать на потребителя и продвигать свои услуги в условиях рынка. На многих конференциях поднимается вопрос о массовых фальсификациях результатов работ, однако неспособность изыскателей объединяться до сих пор не позволяла выработать и реализовать систему эффективных мер, направленных на противодействие этому явлению.

/ Интервью

Эти и многие другие темы затронул в интервью корреспонденту «Вестника инженерных изысканий» председатель Совета «Национального союза изыскателей» (НСИ), вице-президент Ассоциации СРО «Центризыскания» Андрей Антипов. С 1999 по 2012 год он возглавлял ГУП «Мосгоргеотрест». За этот период годовой объем работ, выполняемых предприятием, увеличился с 300 млн до 4,5 млрд рублей. Были внедрены многие новейшие на тот момент технологические достижения.

Ред.: Андрей Владимирович, насколько изменилась роль инже нерных изысканий в мире за последние 10-15 лет, и затрагивают ли эти изменения Россию?

А.А.: Роль инженерных изысканий в мире возрастает. Меняется климат, увеличивается техногенная нагрузка на природную среду, происходят ответные реакции, природные и техногенные риски повышаются. Мы строим всё более и более сложные объекты во все более сложных условиях. А чем сложнее объект и окружающая его среда, тем больше факторов влияет на его жизнеспособность и тем более высокие требования предъявляются к инженерным изысканиям. В том числе по составу работ. В России, несмотря на кризис, строительство объектов повышенной сложности продолжается — это высокоскоростные железнодорожные магистрали, метрополитены (особенно в Москве), транспортно-пересадочные узлы, высотные здания, мост через Керченский пролив, есть и другие очень крупные инфраструктурные проекты.

Ещё одна важная тенденция — это повышение профессионального уровня застройщиков. А чем более грамотным и ответственным становится застройщик или технический заказчик, тем больше ему требуется информации по территории строительства. В первую очередь, эта информация производится с помощью комплексных инженерных изысканий. Потому что если вы заинтересованы в существовании своего объекта на протяжении длительного времени, вы приложите все усилия, чтобы собрать необходимые данные. А если у вас временные рамки маленькие и вас не интересует экономика вопроса, тогда вы будете строить без инженерных изысканий.

Ред.: Интересно было бы понять внутреннюю аргументацию заказчика, который не заинтересован в получении объективных данных по земельному участку, на котором он собирается строить… 

А.А.: Скажите, многие Ваши знакомые при строительстве собственной дачи проводили, например, инженерно-геологические изыскания? А инженерно-экологические? Думаю, что единицы. А теперь давайте посмотрим на результаты — у кого-то у кого-то забор покосился, у кого-то стена треснула, а у кого-то фундамент, а у кого-то, не дай Бог, почвы загрязнены. И количество таких пострадавших достаточно велико. Бывают ситуации, когда человек знает, что дачу надо строить на свайном фундаменте, покупает сваи, а в последний момент строители уже в процессе работ говорят ему, что на данном конкретном участке они должны быть длиннее. Ему надо покупать новые сваи, а семейный бюджет уже спланирован.

Если застройщик не в состоянии проанализировать подобные факты, он терпит убытки.

Но здесь еще вопрос и к самому профессиональному сообществу изыскателей. А много ли мы занимаемся просветительской деятельностью среди потенциальных потребителей, описывая ту продукцию и данные, которые мы производим? Ведь потребителя надо воспитывать и образовывать. Вот Вы же не сами по себе стали пользоваться компьютером, мобильным телефоном. Вас приучили к этому…

Ред.: Я, как потребитель, сам понимаю, что использование Интернета, компьютера, мобильного телефона, прочих устройств создает дополнительные возможности — это быстрое получение информации в любом месте и в любое время, возможность обмена данными…

А.А.: Ничего подобного! Если бы все эти устройства просто лежали на прилавке, никто бы их не покупал. Их рекламируют. А ведь реклама — только один из методов продвижения товаров или услуг на потребительском рынке. Есть еще образование, есть методы скрытой рекламы, связанные с искусственным созданием информационных поводов, когда Вам постоянно рассказывают о том, какие новые модели появляются в продаже, какие разрабатываются приложения… А в результате Вы покупаете раскрученный товар дороже, чем он стоит на самом деле.

Вот и получается, что когда у человека «треснул» дом в результате невыполненных изысканий на 100 тыс. рублей и он вынужден дополнительно потратить, например, 1 млн рублей, чтобы его отремонтировать, то это не так существенно по сравнению с тем, что он купил телефон последней модели за 50 тыс рублей. Он потерял около миллиона рублей! На эти деньги можно было купить 20 таких телефонов. Но с его точки зрения миллион на ремонт — это «ну так вышло», а вот то, что он купил себе новый «гаджет» — это круто! Нам навязываются определенные стереотипы поведения на рынке.

Ред.: НОПРИЗ недавно прово дил конференцию, где говорили о необходимости повышения роли градостроительного планирова ния. В  сфере так называемых территориальных изысканий про исходят какие-то изменения?

А.А.: У нас на законодательном уровне появилось новое требование, что инженерные изыскания в обязательном порядке выполняются на этапе разработки проектов планировки территорий. Это очень важное решение, которое поможет реализовать комплексный подход к освоению территорий и повысит безопасность объектов. Дальше необходимо разрабатывать нормативный документ правительственного уровня, который конкретизировал бы данное положение. И это целиком и полностью задача профессионального сообщества и профессиональных объединений. Причем двигаться в процессе его разработки надо от проекта планировки территории и описывать эту ситуацию с точки зрения интересанта, который находится в области градостроительства. Потому что инженерные изыскания — это инструмент, а вид деятельности в данном случае — градостроительство, а если конкретнее, то планировка территории.

Ред.: Предполагается, что ин женерные изыскания для обоснования планировочных решений будут выполнять территориальные тресты инженерно-строитель ных изысканий. Реально ли это? Не растеряли они свой кадровый потенциал?

А.А.: Почему только тресты? По закону этим может заниматься любая организация, если она является членом СРО и если данный объект соотносится с уровнем квалификации её сотрудников и техническими возможностями. Если проект планировки выполняется для одного микрорайона на площади 4 га, то провести инженерные изыскания и подготовить данные для его обоснования сможет и небольшая организация. А если проект выполняется на территории 200, 300, 1 тыс га, к тому же там планируется размещение промышленных, инженерных и других объектов, при этом, естественно, там потребуется большой объем изысканий, не уверен, что небольшая организация выполнит всё это в необходимые сроки. В этом случае будет востребована квалификация ТИСИЗов.

Вообще, мне кажется, в нынешних экономических условиях территориальные изыскательские организации просто должны найти свой сегмент рынка. Сегмент, связанный с градостроительной документации им подходит. Только надо поставлять потребителю качественные, достоверные данные и сделать так, чтобы те специалисты, которые решают задачи в области градостроительства сегодня, просто не могли проектировать без этих данных.

Проблема есть еще и в том, что время упущено. Ведь изначально ТИСИЗы были созданы в совершенно других экономических и политических условиях. Существовала плановая экономика — были поставлены определенные цели, и они были реализованы. Потом ситуация поменялась, мы получили совершенно другую экономическую модель. Сначала, в 90-е годы у нас был очень сложный период, многое было утеряно. А вот потом, в начале 2000-х, когда стали появляться крупные промышленные корпорации, они вынуждены были создавать свои собственные проектно-изыскательские подразделения. Причем заметьте, что изыскатели в этих проектно-изыскательских институтах не сильно жаловались на нехватку работы и средств. Просто они понимали потребности своего заказчика и поэтому были востребованы. Произошло это в том числе еще и потому, что не все профессиональные организации были способны быстро переориентироваться на интересы потребителя.

Ред.: Есть какая-то информа ция о разработке постановления о формировании и порядке ведения государственного фонда материалов и данных инженерных изысканий прошлых лет?

А.А.: К сожалению, ситуация до конца не ясна. Фонд инженерных изысканий может стать одним из разделов информационной системы обеспечения градостроительной деятельности. Однако на сегодняшний день в законодательстве ведение ИСОГД относится к муниципальному уровню. Поэтому в Москве, Санкт-Петербурге и нескольких крупных городах, где сильные муниципальные власти, это даст определенный положительный импульс, на остальной территории будут сложности. По моему мнению, надо формировать основу фондов на субъектовом уровне.

В любом случае появление государственного фонда хотя бы в каком-то виде будет шагом вперед. А вот как эта новая норма будет работать, опять же зависит от профессионального сообщества. Дальше по этому постановлению нужно делать рабочие документы — приказы Минстроя, требования к составу и содержанию фонда и прочее. И здесь необходим взвешенный компромисс между интересами государства, изыскателя, как производителя продукции, и потребителями.

Ред.: Не приведет ли появле ние фондов к сокращению объемов работ по конкретным объектам?

А.А.: Ни в коем случае. Вопервых, существуют определенные сроки давности результатов инженерных изысканий. Во-вторых, фонд позволяет заказчику увидеть, что в данном конкретном месте, где он собирается строить объект, существует вероятность развития того или иного опасного природного процесса. Это, в свою очередь, позволяет подрядчику обосновать необходимость проведения дополнительных объемов работ. Фонд — это информационноинтеллектуальный продукт. Там должны быть инструменты для объективной аналитики.

Мы живем в информационном обществе. Информацию в наше время собирает весь мир. Когда количество информации достигает определенного объема, это позволяет получать на ее основе дополнительную аналитику, это всегда идет на пользу дела. Потребители это понимают.

И когда они увидят в фонде материалов инженерных изысканий данные о тех опасностях, которые выявлены на данной территории, ознакомятся с прогнозом развития опасных природных процессов, найдут свои конкретные объекты и соотнесут их с имеющимися в фонде данными, всё это позволит им прогнозировать свои затраты, условия функционирования объекта, развитие территории, решать многие другие интересующие их задачи. Фонд будет приносить пользу. Вот это и будет востребованность.

Ред.: Хорошо, давайте ненадолго вернемся к проблемам «дачников». Ведь когда обычный россиянин покупает земельный участок и собирается строить на нем дачу, он, как правило, вступает в какое-нибудь дачное некоммерческое товарищество. Это ДНТ получает довольно большую территорию, разделенную на небольшие участки. Но ведь такая территория должна быть подго товлена! Причем, изыскатели должны принять в этом какое-то участие…

А.А.: Значит, изыскатели должны сделать такой информационный продукт, который будет понятен обычному потребителю, и предложить ему этот продукт. Это опять же вопрос не к индивидуальному застройщику, а к изыскателям. Мы попали в рыночные условия, и мы должны продвигать свои услуги и информационные продукты на рынке! Если информационный продукт сделан правильно и нужен потребителю, то потребитель его купит. А если мы «намудрили» и сделали его плохо, то нечего пенять на потребителя, что он такой глупый и не понимает ваших высоких материй.

Ред.: Что нового изыскатели могут сегодня предложить потребителям своей продукции и в каком направлении происходит технологическое развитие наиболее продвинутых предприятий?

А.А.: На сегодняшний день в области инженерных изысканий появляется много новых технологий. Одна из них — получение пространственных данных с помощью лазерного сканирования. Эта технология распространена во всем мире. Только у нас, к сожалению, пока даже нормативного документа нет, который регламентировал бы её применение. Соответственно, нет официально утвержденных нормативов, по которым эти работы можно было бы оценивать. А это значит, что в рамках государственных контрактов использовать эту технологию проблематично. А это ведь опять вопрос к профессиональному сообществу. В качестве положительного примера профессионального подхода к новым технологиям, можно привести компанию «Геопроектизыскания», которая выполнила уникальную, даже по мировым меркам работу по лазерному сканированию горы Эльбрус для построения его трехмерной модели и сейчас разрабатывает ГОСТ по этой технологии.

Развиваются технологии 3D-моделирования, которые можно применять и для визуализации результатов инженерно-геологических изысканий, в том числе по подземному пространству с коммуникациями. Активно развиваются и применяются различные методы мониторинга инженерно-геологических условий, геотехнического мониторинга, специального картографирования различных процессов, новые методы геофизических изысканий, и многое другое. Но, к сожалению, нормативно техническое обеспечение этих технологий безнадежно отстает от современных требований. А ведь всё это как раз тот уровень регулирования и регламентирования, за который опять же отвечает профессиональное сообщество.

К сожалению, у нас мало конференций, где рассматривался бы опыт применения технологий, куда приглашались бы застройщики, крупные инвесторы, заказчики, где проводилось бы обсуждение их вопросов к инженерным изысканиям. На конференции, которые организуют наши коллеги, как правило, приезжают только сами изыскатели. Они делятся своим практическим опытом, рассказывают о своих научных результатах, демонстрируют новую технику и это здорово. Но где интересанты от инвесторов, проектировщиков? В своём соку можно вариться сколь угодно долго. Но даже если внутри своей отрасли мы сделали много интересного, это не приведет к прорыву.

Ред.: Со стороны государства, как одного из крупнейших заказ чиков, наблюдается какое-то встречное движение?

А.А.: Я считаю, что с точки зрения административной и законодательной ситуация не такая уж и плохая. Необходимость выполнения инженерных изысканий прописана в законодательстве, которое у нас постоянно развивается и совершенствуется, вузы готовят специалистов по изыскательским профессиям (хотя это направление требует развития), есть Национальное объединение изыскателей и проектировщиков, другие общественные организации, которым даны права представлять наши интересы. В стране реализуются достаточно большие строительные проекты… Что еще должно сделать государство для того, чтобы изыскатели реально объединились и начали самостоятельно думать о развитии собственной отрасли, о повышении ее конкурентоспособности!?

Ред.: Объемы заказов, наверное, должны позволять предприятиям вкладываться в технологии, в разработку стандартов, в повышение квалификации, в научные исследования, в ту же рекламу…

А.А.: Вот, когда начинаются все эти разговоры о том, что нам заказов не дают, у нас не хватает денег на обновление техники и программного обеспечения, у нас демпингуют какие-то «левые» фирмы, у нас маленькая доля в строительстве, а у нас плохая экспертиза… Стоп, одну секундочку! Это вопросы к кому? Это государство должно сейчас заботиться о том, чтобы ваши собственные соратники не занимались демпингом, качественно выполняли изыскания!? Получается, что ты не можешь воздействовать на своего соседа, с которым ты может быть знаком лично, и предлагаешь, чтобы Правительство задумалось и как-то на него повлияло!? А зачем тогда мы объединились в свои профессиональные сообщества?

Когда вы говорите, что доля инженерных изысканий в общем объеме строительных инвестиций составляет десятые доли процента, я с этим не всегда согласен. Вы берете только вопросы массового или типового строительства. Я не очень поверю, что на инженерные изыскания, которые проводятся при выборе маршрута сложного линейного сооружения, например, для прокладки газопровода, выделяются такие маленькие суммы. Тем более, когда речь идет о прокладке, например, газопровода по дну моря. Потому что ответственность при строительстве такого рода сооружений достаточно велика, там применяются сложные технологии и в дальнейшем требуется мониторинг. То есть если рассмотреть инженерные изыскания комплексно, на различных стадиях проектирования, строительства и эксплуатации, то окажется, что мешок этот не такой уж и маленький.

Другой разговор, что заказчик считает свои деньги. Но ведь он старается оптимизировать свои затраты не только на инженерные изыскания, но и на проектирование, и на строительство. А наша задача — доказать ему, что он должен купить именно наш самый лучший «гаджет» в виде инженерных изысканий.

Ред.: В ходе конференции в Санкт-Петербурге снова был под нят вопрос о фальсификации результатов инженерных изысканий. Какие меры могло бы принять профессиональное сообщество для решения данной проблемы?

А.А.: Надо отдать должное Михаилу Игоревичу Богданову. Потому что он действительно поднимает достаточно острые вопросы и на тех конференциях, которые проводит, и в своих публикациях. Несмотря на то, что они зачастую бывают весьма нелицеприятны.

В ходе последней конференции в Санкт-Петербурге в выступлении представителя «Главгосэкспертизы» прозвучали даже процентные показатели по количеству отчетов, в которых обнаружены фальсификации. Но если вы подняли вопрос, и вам удалось выявить какие-то конкретные факты, тогда почему вы не довели их до расследования и до судебного решения? Почему наше Национальное объединение не требует от «Главгосэкспертизы» опубликовать отчеты, в которых усматриваются признаки фальсификации. Если фальсификат обнаружила «Главгосэкспертиза», наверное, профессиональное сообщество тоже в состоянии разобраться, подготовлены эти отчеты на основании данных полевых работ или «нарисованы».

Если информация подтверждается, надо составлять реестр тех организаций, которые делают фальсификат, исключать их из СРО и в обязательном порядке доводить дело до судебного разбирательства. Это очень серьезный вопрос. Потому что если оценки «Главгосэкспертизы» соответствуют действительности, тогда о каком доверии инвесторов и застройщиков к профессиональному сообществу изыскателей может идти речь!?

Ред.: Профессиональное со общество очень сильно разобщено. Поэтому те механизмы, которые в нормальной ситуации работают, в инженерных изысканиях буксуют. В таких случаях сразу начинаются разговоры, что информация озвучивается с целью дискредитации оппонентов…

А.А.: Если у нас такое разрозненное профессиональное сообщество, как вы говорите, значит мы не сможем развиваться. Вся проблема внутри нас! Если мы сумеем объединиться, действовать в команде, продвигать свои услуги, ставить задачи на перспективу и добиваться их решения, тогда выживем. Если не сумеем — не выживем. Но я надеюсь на лучшее.

Вестник инженерных изысканий. — 2017. — №1 (30)

comments powered by HyperComments
Читайте также